Путешествие по Вриндавану.

Сегодня мы отправимся с вами к самадхи Санатаны Госвами, к тому месту, где покоится его тело. Самадхи, или усыпальница Санатаны Госвами, находится недалеко от храма Мадана-Мохана. Здесь он провел первый период своей жизни во Вриндаване и здесь же, рядом с Божеством, которому принадлежало его сердце, покоится его тело. Сегодня я расскажу немного о последних днях Санатаны Госвами и о том, как он оставил этот мир. Но по дороге, чтобы наш рассказ был полным, я расскажу о том, как Санатана Госвами встретился с Чайтаньей Махапрабху и стал Его последователем.

Санатана Госвами и его младший брат, Рупа Госвами, происходили из очень древнего рода карнатакских брахманов, принадлежавших к Бхарадваджа-готре. Основателем их рода был легендарный мудрец древности - Бхарадваджа, история жизни которого описана в “Махабхарате”. Карнатака- это штат в Южной Индии. За несколько поколений до рождения Санатаны Госвами его предки, благочестивые брахманы, славившиеся своими глубокими познаниями в Ведах, поселились на берегах Ганги. У отца Санатаны Госвами, Шри Кумара Девы, было трое сыновей: Шри Омар, который позже стал Санатаной; Шри Сантош, который прославился под именем Шри Рупы, и Шри Валлабха, или Анупама. Все они были великими преданными Господа Кришны. Старший из них, Санатана Госвами, родился в 1488г. С самого раннего детства Рупа Госвами и Санатана Госвами проявляли необычайные способности, и отец позаботился о том, чтобы они получили самое лучшее образование. После того, как они немного подросли, оба брата были посланы в Навадвипу. В то время Навадвипа была столицей учености и все величайшие пандиты и знатоки Вед собирались там для того, чтобы блеснуть своими познаниями. Величайшие ученые того времени жили в Навадвипе, и среди них самым выдающимся был Сарвабхаума Бхаттачарья, создатель новой системы логики, наваньяи. Тот самый Сарвабхаума Бхаттачарья, который позже стал придворным пандитом царя Пури и в доме у которого состоялась знаменитая беседа на тему “Веданты” между ним и Чайтаньей Махапрабху. Этот же Сарвабхаума Бхаттачарья был учителем Рупы и Санатаны в Навадвипе, а позже, после того, как они в совершенстве овладели логикой, оба брата стали учиться под руководством младшего брата Сарвабхаумы Бхаттачарьи, Видьявачаспати, знатока санскритской грамматики. В совершенстве освоив санскрит и изучив священные писания - Шастры, Рупа и Санатана приступили к изучению арабского и персидского языков. В то время знание этих языков было необходимо для того, чтобы преуспеть в жизни, т.к. персидский и арабский были официальными языками мусульманского правительства Бенгалии. Рупе и Санатане не составило большого труда в совершенстве освоить эти два языка, которым их учили муллы в Саптаграме. Но, даже пока Санатана Госвами изучал эти языки, он не переставал читать “Шримад Бхагаватам”. Джива Госвами в одной из своих книг рассказывает, что в юности Санатана однажды увидел вещий сон. Во сне брахман подошел к нему и вручил “Шримад Бхагаватам”. Проснувшись, Санатана никого не обнаружил рядом с собой и очень опечалился, однако спустя несколько часов, после того, как Санатана совершил омовение и сделал утреннюю пуджу, тот же самый брахман, которого он видел во сне, постучался в его дом и подарил ему “Шримад Бхагаватам”, наказав Санатане очень внимательно изучать эту книгу. С тех пор Санатана Госвами никогда не расставался со “Шримад Бхагаватам”. В “Кришналила- стхале” Санатана Госвами писал: “Мой постоянный спутник, мой единственный друг, гуру, мое богатство, мое спасение, моя удача и источник моего счастья, в котором я черпаю бесконечное блаженство, тебе я кланяюсь, “Шримад Бхагаватам”. Возмужав и обзаведясь семьей, Санатана Госвами поселился в Рамакели, неподалеку от столицы Бенгалии. Слава о его мудрости очень скоро разнеслась по всей Бенгалии и достигла слуха Хуссейншаха, мусульманского правителя Бенгалии. В конце концов, по настоянию Хуссейншаха, Санатана стал главным министром Гауды и получил мусульманское имя - Сакара Маллик. Собственно, это даже не имя, а, скорее, титул. Сакара Маллик буквально значит “премьер-министр”. Рассказывают интересную историю о том, как это случилось. Хуссейншах захотел возвести в своей столице высокую сторожевую башню, с которой он мог бы обозревать окрестности и попросил это сделать каменщика по имени Пиру. Когда башня была уже почти построена, Хуссейншах захотел осмотреть ее и взобрался вместе с Пиру на самый верх. Башня очень понравилась Шаху и, довольный работой каменщика, он пообещал вознаградить его. Вне себя от счастья каменщик воскликнул: “Ваше Высочество, я могу построить башню даже лучшую, чем эта”. Эти слова, нечаянно сорвавшиеся с уст наивного каменщика, привели в ярость Хуссейншаха. “Негодяй! Если ты можешь построить лучшую башню, то почему ты не сделал этого? Подлый предатель! Ты хотел сбежать к другому царю и построить лучшую башню для него! Я приговариваю тебя к смерти”. Шах подозвал к себе слугу и велел ему сбросить несчастного каменщика с башни. Так башня осталась недостроенной и стояла, своим видом напоминая о глупости каменщика и жестокости шаха. Вид недостроенной башни с половиной купола раздражал Хуссейншаха, поэтому однажды он решил забраться на нее вместе со своим визирем по имени Хинга. Осмотрев недостроенную башню, раздосадованный шах обратился к своему визирю: “Эй, Хинга, отправляйся в Мораграм…” Но прежде чем он успел договорить, к шаху подбежал посланец и прервал его речь. Срочные дела потребовали возвращения шаха во дворец, а бедный визирь не знал, что ему делать. Он очень боялся спросить у шаха, что же он должен делать в Мораграме. Но ослушаться приказа шаха он боялся еще больше. Поэтому он отправился в Мораграм и стал бродить по его улицам, оплакивая свою судьбу. Он уже почти слышал голос шаха-самодура, приказывающий казнить его за то, что тот не исполнил его волю. На счастье Хинги, на улице Мораграма ему повстречался Санатана, который, увидев, в каком состоянии находится Хинга, захотел помочь ему. “Чем ты поможешь мне, добрый человек? На этом свете мне уже никто не может помочь. Видно, Аллах за что-то прогневался на меня”. Однако по настоянию Санатаны Госвами Хинга рассказал ему свою историю. Услышав ее, Санатана Госвами улыбнулся и сказал: “Нашел из-за чего печалиться. Все очень просто. Найди несколько хороших каменщиков, которых много в Мораграме, и отправляйся вместе с ними к Хуссейншаху”. Как утопающий хватается за соломинку, Хинга ухватился за этот совет и вскоре предстал перед Хуссейншахом вместе с дюжиной лучших каменщиков Мораграма. На этот раз настал черед удивляться Хуссейншаху. “Эй, Хинга, раньше ты никогда не проявлял такой сообразительности. Кто подсказал тебе привести с собой каменщиков?”. Визирю пришлось признаться, что это был Санатана, повстречавшийся ему в Мораграме. Этот случай решил судьбу Рупы и Санатаны. Шах уже и прежде много слышал об их выдающихся способностях, но после этого случая он оставил все свои сомнения и принял братьев у себя при дворе, сделав Санатану Госвами главным министром правительства Бенгалии, а Рупу Госвами своим личным секретарем. Так Рупа и Санатана стали правой и левой рукой Хуссейншаха, который не принимал никакого решения, не посоветовавшись с ними. При дворе Хуссейншаха Санатана и Рупа одевались как мусульмане и разговаривали на арабском и персидском. Но по вечерам они возвращались к себе в Рамакели и снова становились самими собой, погружаясь в чтение священных писаний, в медитацию, в повторение мантры. Или они звали к себе в гости пандитов, с которыми могли отвести душу, обсуждая философию Вед. Санатана Госвами, могущественный министр мусульманского правительства Бенгалии, решил превратить Рамакели во второй Вриндаван, где все напоминало бы ему о Кришне. Он построил храм Мадана-мохана и вырыл несколько прудов, назвав их Санатана-сагара, Рупа-сагара, Шьяма-кунда, Радха-кунда, Лалита-кунда, Вишакха-кунда, Сурабхи-кунда, Ранга-деви-кунда, Индулекха-кунда.


Вокруг этих прудов он посадил деревья тамал, кадамбу и туласи, и часто деревенские жители видели великого Сакара Маллика сидящим под деревом кадамба на берегу Шьяма-кунды с полузакрытыми глазами, из которых лились слезы.

Там же, в Рамакели, Рупа и Санатана впервые увидели Чайтанью Махапрабху. И там же они получили от Него свои имена, под которыми их знает сегодня весь мир. Говорят, что когда трое братьев, Рупа, Санатана и Анупама, получили известие о том, что Нимай Пандит, любимец Надии, принял санньясу и ушел из Навадвипы в Пури, они лишились чувств, подумав, что навсегда потеряли возможность увидеть великого святого. Однако, в этот момент с небес раздался голос, окликавший их по имени. Очнувшись, братья услышали, что голос утешает их, говоря: “Не бойтесь ничего. Господь Сам придет к вам, вы увидите Его лотосные стопы здесь, в Рамакели”.

Пять лет спустя Махапрабху отправился в путешествие, чтобы еще раз увидеться со своей возлюбленной матерью, из чрева которой Он появился на свет, а также с матерью Гангой, разлука с которой стала для Него нестерпимой. Проведя несколько дней в доме Адвайта-ачарьи, Махапрабху направился прямиком в Рамакели, где Его уже давно ожидали трое братьев: Рупа, Санатана и Анупама. Как раз в это время, по стечению обстоятельств или по воле провидения Хуссейншах напал войной на Ориссу. Войско Хуссейншаха, как саранча, опустошало одну за другой богатые провинции Ориссы, сжигая мирные деревни и разрушая древние индусские храмы. Зная о злодействах, которые творит войско Хуссейншаха в Ориссе, Санатана Госвами не переставая корил себя: “Да будет проклято мое министерское кресло, ради которого я заложил свою душу правителю, попирающему мою религию! Да будет проклята моя власть, мои богатства, моя слава и мои наслаждения, которые мешают душе моей! “ Так закончилась его карьера министра.

Вскоре Сам Чайтанья Махапрабху пришел в Рамакели. Когда Чайтанья пришел в Рамакели, Его окружали тысячные толпы людей. Киртан, который Он вел, обладал такой силой, что никто не мог усидеть на месте. Люди выбегали из своих домов и присоединялись к Его киртану. Соглядатаи Хуссейншаха, увидев огромные толпы народа, окружавшие некоего санньяси, в страхе прибежали к своему правителю, чтобы доложить ему об этом. И даже Хуссейншах, услышав о том, что творится в Рамакели, немного испугался и решил не мешать Чайтанье. “Этот человек, должно быть, пророк Аллаха, - сказал Хуссейншах - не трогайте Его, оставьте Его в покое.” А Рупа, Санатана и Анупама, вне себя от счастья, не могли дождаться наступления ночи, чтобы под покровом темноты не узнанными прийти к Господу Чайтанье и встретиться с тем, кого они ждали всю свою жизнь. Когда братья пришли к Махапрабху и увидели Его, то упали перед Ним ниц и стали возносить Ему молитвы. “ О, Господь, на свете нет никого более падшего, чем мы. Пожалуйста, дай нам прибежище у Своих стоп и очисти нас от всех грехов, которые мы совершили. Если Ты не прольешь на нас Свою милость, Тебе будет очень трудно найти более подходящих претендентов на Твою милость. Ибо Ты пришел в этот мир для того, чтобы спасти падших”. Санатана прочитал замечательный стих из “Стотра-ратны” Йамуначарьи: бхавантам эванучарам нирантарах прашанта нихшеша мано ратха нтарах кадахам айкантика-нитья кинкарах прахаршаишйами санатха дживитам.